«С подземельями туговато»
Памятник Буденновцу, под которым есть подземные пустоты. Фото: Лариса Бахмацкая

Памятник Буденновцу, под которым есть подземные пустоты. Фото: Лариса Бахмацкая

Историк Николай Охонько — о настоящих ставропольских катакомбах

«Понимаешь, у меня дед — чекист, — низко ко мне наклонившись, шепчет Андрей по кличке Чук. — Он мне много раз говорил, что знает ставропольские катакомбы, как свои пять пальцев, хвалился, что с закрытыми глазами может там ходить. Что он их чуть ли не охраняет и схемы у него есть, карты какие-то, но все под замком в сейфе держит, говорит, прости, внучок, не могу, военная тайна, расстрелять могут».

Разговор этот произошел 18 лет назад. Но существует ли второй — засекреченный — Ставрополь я не знаю до сих пор. Хотя слухи о нем ходят уже много лет.

Монгольские подземные лошади

Про катакомбы рассказывают многое — одно другого интереснее. Якобы они появились одновременно с крепостью в XVIII веке — и с тех пор содержатся в строгой секретности. Якобы под землей существует проход, ведущий от Крепостной горы к женскому Иоанно-Марьинскому монастырю, здание которого находится на территории Северо-западного микрорайона. Якобы есть тоннель из Ставрополя в село Татарка, и подземный путь, связывающий здание правительства, ФСБ и епархию. Якобы под центральной площадью Ставрополя сооружены тир для спецслужб и отлично оснащенные бункеры, в которых можно прожить в течение долгого времени.

Время от времени местные СМИ даже публикуют рассказы побывавших в катакомбах. Например, воспоминания ставропольчанки Тамары Марковой о том, как в 1965 году, она — тогда ученица четвертого класса — прошла по катакомбам половину города во время школьной экскурсии. «Это был коридор шириной примерно два с половиной метра и такой же по высоте. Потолок — в виде свода, полукруглый. Через каждые, опять же, как я сейчас прикидываю, примерно три-четыре метра он подпирался толстыми дубовыми бревнами, поверх которых горизонтально были закреплены доски. По бокам на определенном расстоянии друг от друга были вбиты железные трубки. В них под наклоном вставлены палки, обмотанные, я так думаю, паклей», — пишет Маркова.

Другое популярное свидетельство, кочующее с одного сайта на другой — рассказ ветерана Великой Отечественной войны Игоря Анисимова, который, по его словам, передвигался по катакомбам на лошадях. «В марте 1944 года нас, семнадцатилетних юношей, собрали в Ставрополе на военные сборы перед отправкой в 4-й Кубанский кавалерийский полк, — пишет Анисимов. — Наши казармы и конюшни находились в то время в районе Верхнего рынка. На занятия мы часто ходили по подземным ходам, которые пронизывали весь город. Подземный город называли в то время «Второй Ставрополь». По подземным коммуникациям ходили все время в противогазах, таков был приказ командования. В подземных улицах часто сходились в учебную рукопашную, ходили на стрельбище. На Комсомольский пруд часто ездили на лошадях по подземелью. Лошади были монгольские, низкорослые. Голова всадника едва касалась потолка».

«Люди хотят верить в катакомбы, они им нужны»

Директор Ставропольского музея им. Прозрителева и Праве Николай Охонько такие рассказы ласково называет «здоровыми мистификациями» и фантастикой, без которой человеку жить скучно. Мы встретились с ним в старинном здании музея, которое, по слухам, тоже связано подземными коммуникациями со зданиями ФСБ и правительства.

– Я много лет занимаюсь вопросами семантики, мифологии. И нынешний человек, каким бы он себя современным ни считал, насколько бы интеллектуально развитым ни был, в голове у него все равно сидит древнейший архетип, когда мир воспринимался по-иному, троично: мир небесный, мир земной и был еще таинственный опасный, непредсказуемый, богатый на угрозы подземный мир. И в нем находился и загробный мир, подземные города, населенные чудовищами и драконами, и это человека интриговало. Не зря древние люди предавали особое значение пещерам, в которых устраивали святилища. И современный человек неосознанно продолжает оставаться тем человеком далекого прошлого и думает, что есть под ногами иные миры, есть тайны. А приводит такая романтика на практике к подземным ходам. Тем более есть много городов, особенно в Европе, которые выполняли особые военные функции, типа Кенигсберга, где действительно под городом создавался город.

– Николай Анатольевич, то есть мистификации подпитываются не только поисками тайн, но и более реальными и обычными вещами?

– Да, много появилось именно после Второй мировой войны, во время которой солдаты увидели старинные города Европы. Когда мы изучали ставропольскую Крепостную гору с помощью археологических методов, мы знали, что, по мнению наших предшественников — ученых, крепость имела каменную стену. Но мы выяснили, что такой стены никогда не было, крепость была земляная, облицованная камнем. И музей получил возмущенное письмо ветерана ВОВ, мол, не может быть, чтобы у города не было каменных стен, вот когда мы штурмовали Кенигсберг, там были мощные стены. И таким образом проецируются впечатления: раз крепость, то должны быть ходы. Фантазии нет пределов. Несколько лет назад я получил письмо, в котором одна жительница Ставрополя достоверно описывала, как она по подземному ходу путешествовала от Крепостной горы до Иоано-Марьинского монастыря. И когда я читал, я себя поймал на мысли, что если бы я не знал Ставрополя, я бы поверил. Она пишет, как факелы трепетали на ветру, как блики скакали по стенам, потолкам. Наверное, это что-то от фантастики, когда писатели создают достоверные картины. Люди хотят верить в катакомбы, они им нужны.

– Неужели под Ставрополем действительно нет подземных ходов?

– Можно говорить о наличии каких-то подземных пустот и ходов в связи с функционированием Крепостной горы, остальное же — подвалы. Ниже нашего музея, за Домом офицеров в XIX веке был знаменитый на всю страну пивной завод Салиса, и он имел огромные подземные склады, где хранились бочки с пивом. Это были громадные пространства, которые и подвалами назвать сложно.

– Что с ним стало?

– Из-за современной застройки их уничтожили на корню. Если бы их сохранили, такая бы экзотика была! Необычные своды были, металлоконструкции. Все возможные катакомбы могут находиться либо на Крепостной горе, либо же на Татарском городище. Когда мы проводили в 90-е годы комплексные исследования, то получили информацию о существовании на Крепостной горе четырех подземных ходов. Один ход вел от главного входа в крепость (ныне памятник Кавказская палатка) в сторону нынешнего проспекта Карла Маркса и речки Желобовки, она сейчас спрятана под землей в трубах. Ход эмпирически пока не подтвердили, но на его месте была построена передовая крепость. Геология позволяет говорить о возможном ходе. Сейчас предполагаемая трасса хода перерезана зданием, в котором располагается галерея Паршина.

Есть достоверные подземные пустоты — под нынешним памятником Буденновцу. Один из ветеранов войны пришел к нам и рассказал, что перед началом войны на колокольне Казанского собора, которую сейчас восстанавливают, находился громкоговоритель. А рядом была радиорубка. Это так. И когда война началась, решено было эту радиорубку разместить в убежище, и этому ветерану кто-то открыл катакомбы, он там ходил, а радиорубку разместили в самом сухом помещении. Если посмотреть на планы ставропольской крепости 1811 года, то на этом месте обозначено производство извести, которую выжигали из камня. И я думаю, что там со склона горы брали камень и песок из них строили казармы. Такие катакомбы есть во многих городах: Одесса, Будапешт. И я уверен, что раньше катакомбы, в которых находилась радиорубка, были под контролем спецорганов, это был стратегический объект. Не думаю, что сейчас ходы могут быть стратегически важными, но слухи не прекращаются.

Нам рассказали, что есть ход от горэлектросети Крепостной горы на восточный склон Ставропольской крепости, к зданию бывшего ресторана «Горка». Зачем его сделали? Наши предки не рыли ходы для какой-то романтики, только прагматика. В конце XIX века на этом месте работала первая электростанция, и работала она на дизельных моторах, от которых было много выхлопов. И тогда была сделана подземная вентиляция. Этот ход существует, мы его нашли. Он, конечно, частично завалился, но есть, с ним ничего не происходит.

Что касается следующего хода, то я продолжаю в него верить, хоть и не нашел его. Кафедральный собор, который сейчас восстановили, имел много подвальных помещений, и говорят, что из них шел ход в сторону проспекта Карла Маркса, к фонарне. Действительно была фонарня, хранились там принадлежности человека, который гасил и зажигал фонари в городе. У меня есть воспоминания одного жителя краевого центра, который рассказывал, что в 20-е годы было много беспризорников, которые нападали на дамочек, выхватывали сумочки. И беспризорники всегда исчезали с награбленным в районе этой самой фонарни. И он, комсомолец, патрулировал улицы, и увидел, что шпана исчезала в подземном ходе, они сделали им там засаду, и повязали. Мы взяли технику, геофизические приборы, георадары. Увы, они ничего не дали. Тогда мы взяли бурильную машину и начали бурить. Не нашли мы ход. Я думаю, что нас неправильно сориентировали. Или же это очень убедительный миф. Но логических объяснений этому подземелью нет. Для чего наши предки могли копать этот ход? Всегда надо искать разумное зерно практичности.

Больше фантазий, чем катакомб

– Вы говорили еще о Татарском городище. Опять-таки, масса слухов, что городские катакомбы связаны именно с этим городищем, почему именно с ним?

– Большая его часть входит сейчас в черту Ставрополя. Это древний центр Предкавказья, предшественник Ставрополя. А если это был центр, то здесь находились военные, правитель. Мы говорим о Сарматском периоде — 4 век до нашей эры по 11 век нашей эры. В эти полторы тысячи лет городище имело укрепления, которые развивались. Были налажены прямые торговые связи с античной Грецией. Греки привозили сюда украшения, парадную керамику, амфоры с вином, маслом и нефтью. А мы поставляли им наемников — наши ребята охраняли правопорядок в Афинах, воевали в греческой армии. Бойцы они были хорошие. В период существования Хазарского каганата Татарское городище было одним из его центров. Было мощное тройное укрепление валов и рвов, цитадель (крепость в крепости). И даже непосвященный человек увидит глубокую воронку в цитадели. Мы считаем, что этот провал и есть вход в подземелье, которое выходило к источнику воды. Там геология позволяет, потому что цитадель стоит на каменной плите. Нам осталось проверить эту теорию, и мы это хотим сделать. И несомненно должны быть на городище ходы — потерны, Это подземные коридоры для сообщения между фортификационными сооружениями, фортами крепости или опорными пунктами укрепленных районов. Потерны часто находились в скрытом месте, что позволяло осажденным приходить и уходить незаметно.

Недалеко от предполагаемого подземного хода есть каменный грот, в котором в 30-ые годы прошлого века верующие сделали тайный скит. У нас есть фотографии, как люди в этом подземелье проводят молебен. В цитадели мы также обнаружили руины христианского храма, они пока законсервированы. И смотрите, какая перекличка: старейшие следы христианства на территории Ставрополя и тут же тайный скит, где прятали веру от гонений. Все остальное — легенды, предания, выдумки. И когда я говорю прагматично о том, что много фантазий, даже среди краеведов есть неудовлетворение.

– Николай Анатольевич, вы почему-то не затронули слухи о ходах особого назначения, к которым люди относят рассказы о катакомбах под площадью. А ведь важной составляющей подземного мира Ставрополя должны быть объекты гражданской обороны 60–80-х годов прошлого столетия. Согласно военной доктрине тех лет, в городе было построено более ста укрытий.

– Да, ветераны коммунальной службы утверждают, что пустоты существуют под памятником Ленину на центральной площади. Я так и не узнал, что это за пустоты, может просто элемент обслуживания. Документы это не подтверждают, но может быть это стратегически важная информация. Когда я спрашивал об этих проходах, мне не объяснили, остается лишь предполагать. Может, это бомбоубежище. Это специальная информация, все города в СССР имели свой статус, и нужные службы создавали защитные укрытия. Это вопрос не ко мне. Наверняка их продолжают охранять, если это стратегически важные объекты.

– От вашего здания ходов в ту сторону нет?

– По поводу музея ходили слухи, что здесь просто фантастические подвалы. Здание музея стоит на каменной плите. Под музеем есть автономные подвальные помещения, одно из них используется как историческое кафе. Но ходов нет точно, поверьте, иначе бы мы из них сделали фишку. Ни в какую из сторон нет.

Ставрополь — это археологический Клондайк. Не знаю, какой еще из центров региональных имеет такое археологическое наследие: в крае сотни тысяч курганов, земля в этом плане богатейшая. Но с подземельями туговато.

Едут на белых «Жигулях» Далее в рубрике Едут на белых «Жигулях»Полицейские Ставрополья получили ориентировку на предполагаемых убийц таксистов Читайте в рубрике «Титульная страница» Кто виноват в постоянном росте цен?Часть населения России находится в психологическом замешательстве от развития ситуации Кто виноват в постоянном росте цен?

Комментарии

Авторизуйтесь чтобы оставлять комментарии.
Расширяйте круг интересов!
Мы пишем об истории, обороне, науке и многом другом. Подписывайтесь на «Русскую планету» в соцсетях
Каждую пятницу мы будем присылать вам сборник самых важных
и интересных материалов за неделю. Это того стоит.
Закрыть окно Вы успешно подписались на еженедельную рассылку лучших статей. Спасибо!
Станьте нашим читателем,
сделайте жизнь интереснее!
Помимо актуальной повестки дня, мы также публикуем:
аналитику, обзоры, интервью, исторические исследования.
личный кабинет
Спасибо, я уже читаю «Русскую Планету»